Кино, вино & Книги и кофе

Сергей Лойко — Аэропорт / Сергій Лойко — Аеропорт

Airport

Аэропорт : роман / Сергей Лойко. — Киев : Брайт Стар Паблишинг, 2015. — 328 с.

Меншиков. Батурин. Чорні жерла
Тих гармат, що п’яні без вина…
І співати мало: «Ще не вмерла…»
І радіти мало, що не вмерла.
Треба жити, щоб жила – вона.
Д.Д. Кремінь, 1992 р.

В нашем мире люди становятся героями благодаря сочетанию двух факторов: во-первых, ими совершается подвиг, во-вторых, об этом становится известно. Правда, необходимо еще выполнение одного условия: должны найтись те, кто испортит ситуацию настолько, что без помощи Героев уже не обойтись, и им часто не остается иного выбора, кроме как совершить акт самопожертвования, воинской отваги или хитрости (как в случае с древнегреческим Одиссеем). Печально, но в мирное время Герои никому не нужны …

Давайте разделим условно все книги о героях войны на три группы. В первую возьмем те, которые написаны во время боевых действий. Ко второй отнесем мемуары и все, что написано со слов или в соавторстве очевидцев событий. А в третью запишем все, что было написано уже непричастными людьми. Думаю, вы со мной согласитесь, что самой ожидаемой будет литература из первой группы, а объективной – из третьей. Ведь еще при Цезаре квесторы говорили «врёт, как очевидец».

Недавно свет увидела «главная книга о войне» Сергея Лойко. О чем она? Если вы думаете что о войне, сегодня еще безымянной, которую украинская Википедиа называет «Война на востоке», а единственная избранная статья (которая по возможности полно отвечает требованиям Википедии) написана на баскском и называется «Donbasseko gerra» (Донбасская война), — то вы ошиблись.

Нет, «Аэропорт» — художественная книга. Все герои книги – вымышленные персонажи. То, что Майдан – незаурядное явление, стало понятно уже в декабре 2013-го. Многие журналисты делали заметки о том, как оно было изнутри. Возможно, кто-то планировал издать свои воспоминания. А возможно, кто-то когда писал книгу «…и о героях», решил, что не пропадать же добру, и показать в ней предпосылки. Ведь на Майдане все было просто, хорошие – рядом, а плохие – в «Беркуте». И вот уже протестующие трансформируются в «киборгов», а их противники поддерживают или стают в ряды «орков». Автор не делает прямых выводов, предоставляя возможность провести такую параллель читателям. Но не стоит забывать, что мы говорим о мифическом Краснокаменском, а не о Донецком аэропорте, в котором все было сложнее. Герой аэропорта «Позывной Маршал» не поддерживал протест, и вместе с 79-й ОАМБр был готов выдвигаться на Киев… А 26-летний Павел Чайка, третий за всю историю Украины полный кавалер ордена «За мужество», служил в николаевском «Беркуте». Теперь они вместе с правосеками воюют с орками…

Возможно, автор просто боится назвать вещи своими именами? Путин у него зовется Маленький Большой Человек. Странно, почему не Великий, так бы хоть одному инициалу соответствовало. Гиви – Ваха, а Моторола – вовсе не Нокиа, а почему-то Ламборгини. Даже актера Пореченкова чтоб не обидеть назвали Поребриков. Мало ли, может в будущем еще водку вместе пить? И только Леонида Даниловича назвали Кучмой. Наверное, для автора он уже не опасен.

А наши герои – простые парни, которые, невзирая на предательство некоторых членов командования и благодаря своему героизму, уничтожают элитный спецназ врага. На последних страницах автор говорит нам, что киборги выдержали последнюю атаку, не выдержал бетон. Ведь задача этой книги не дать ответ на вопрос: почему хорошие ребята оказались погребенными заживо под обломками аэропорта, а рассказать о людях «которые хотели жить, но умирали».

Как говорил Терри Пратчетт в своем романе «Мрачный Жнец» принято считать, что человека нельзя назвать окончательно мертвым, пока не успокоятся волны, которые он поднял в мире, пока не остановятся часы, которые он завел, пока не выбродит поставленное им вино и не будет собрано посаженное им зерно. Что вырастет из этого зерна, зависит уже от потомков.

В стихотворении «Потерянный манускрипт» Дмитро Креминь говорит о том, что для порабощения народа надо уничтожить летописи его истории: «Спалити рукопис. Довести, Що нас на світі й не було». И заканчивает фразой:
А Галя сіє чорнобривці
Посеред лютої зими,
І плачуть птахи – самовбивці,
Щоб ми зосталися. Людьми..
Почему-то, по наивности многие думают, что финал жизнеутверждающий, ведь Галя даже зимой сеет бархатцы. Но в приватной беседе автор признался, что его героиня просто сошла с ума…

Оцените материал:
ПосредственноНиже среднегоНормальноХорошоОтлично (8 votes, 4,75)
Загрузка...