Інститут повільного і болісного з'ясування напрочуд очевидних речей

О доказательствах в физике

Начнем с банальности: никакой строгой, полной и непротиворечивой системы доказательств не бывает. Но об этом “все”, по крайней мере, слышали звон, говорить про это не очень интересно, и вообще, пусть математики и логики хоронят своих мудрецов… то есть, простите, мертвецов. Вопрос, наверно, не в этом. Вопрос (как понял) в том, как возможна хотя бы приблизительная уверенность в правильности утверждений в принципиально открытом мире, где, потенциально, все связано со всем. Всегда ведь можно сказать, что какой-нибудь новый неучтенный фактор перевернет все с ног на голову или наоборот.
Про это можно писать тома, со ссылками, примерами и подробными обоснованиями. В формате записи в блоге можно и уместно отметить следующее:
1. Познание начинается с середины, с попыток описать более-менее систематически мир вокруг нас. Потом мы движемся к “основам” (которые на самом деле никакими основами не меняются). Там новые факторы могут заставить нас радикально пересмотреть подход, но на описание мира вокруг нас это почти не влияет. Законы термодинамики более надежны, чем квантовая теория поля. Эйнштейн говорил, что классическая термодинамика – единственная теория, в отношении которой он убежден, что в пределах своей применимости она останется верной навсегда.
2. Это частный случай более общего свойства: наше описание мира иерархично, причем – и это очень важно – описание каждого уровня реальности в очень сильной степени не зависит от описания более глубинных уровней. По этому поводу часто произносится слово emergence. Речь идет о некоторых “классах универсальности” поведения сложных систем, причем, о сравнительно небольшом числе таких классов. Малые неучтенные взаимодействия не выводят, как правило, систему из данного класса.
3. Требование устойчивости (robustness) такого рода может даже использоваться для вывода законов природы – как, например, в нашем подходе к квантовой механике. То есть, те теории, которые не обладают этим свойством устойчивости, независимости от неизвестных деталей на глубинном уровне, просто не должны рассматриваться.
4. С этим, кстати, связано требование перенормируемости в квантовой теории поля. Неперенормируемые теории нефизичны именно потому, что зависят от тех масштабов, где мы ничего не знаем и, возможно, не узнаем. Нетривиальное утверждение состоит в том, что устойчивые теории возможны и существуют.
5. В более общем плане, речь идет вообще о возможности феноменологической науки (прототипом как раз и является классическая термодинамика).
6. Вот по всему по этому принцип соответствия является основным законом развития физики, а болтовня о “научных революциях” пользуется популярностью в основном среди “неученых любителей наук”. Профессионалы знают, что квантовая механика не отменила классическую, более того, в двадцатом веке последняя расцвела пышным цветом (детерминированный хаос, нетривиальные полностью интегрируемые системы, и так далее).
7. И так далее.
14.05.2017

(с) Михаил Иосифович Кацнельсон

…пошли нам бурю и избавь нас от ярости норманнов

В своё время (8 – 11 век) норманны (в переводе северные люди) настолько задолбали Европу что в прибрежных церквях даже появилось особое окончание молитвы: “Боже, пошли нам бурю и избавь нас от ярости норманнов”. Таким образом норманны воспринимались как некая экзистенциальная данность, и Бога молили спасти именно от их ярости. Предполагалось, что их ярость вещь непостоянная, подлежащая божественному регулированию.
Вот как пример – захват Парижа в 845 году, а также нападение на Нортумбрию в 865 году легендарным королём Дании Рагна́ром Лодбро́к он же Рагнар Кожаные Штаны. Чтобы уберечь Париж от разрушения, король Карл Лысый выплатил огромный выкуп в 7000 фунтов серебра. Рагнар сдержал слово но на обратном пути разграбил всё до чего смог дотянуться.
Но морской промысел не всегда праздник и в 865 году, корабль Рагнара сел на мель в Нортумбрии, на севере Англии и он попадает в плен короля Эллы II. На свою беду, Элла II не придумал ничего лучше чем бросить Рагнара в яму с ядовитыми змеями. Легенды гласят, что, умирая, Рагнар воскликнул: «Как захрюкали бы мои родные поросята, знай бы они, каково сейчас мне, старому кабану!». Таким образом он намекал Элле II, что его сыновья, находящиеся в Швеции, отомстят за отца.
Так и случилось. В 867 году сыновья Рагнара Сигурд Змееглазый, Ивар Бескостный Убба и Бьёрн Железнобокий разграбили королевства Мессия и Нортумбрию, Эллу II пленили и сделали ему кровавого орла (отрезали ребра от позвоночника, вывернули их наружу и вытащили лёгкие). Ну и пошли развлекаться дальше – 11 лет.
Вот такие дела.
Вы можете спросить: “Ваня, а нам то какое дело до каких-то там викингов и их походов?” так я вам скажу – самое прямое. Дело в том что при жизни Рагнар – назначил своего сына Хвитсерка правителем Гардарики, той самой Страны Городов которая также известна как Русь. Ага.
Вот правда как он правил установить не удается дело в том что он как и Рагнар полу легендарная личность и вокруг его жизни и смерти есть множество легенд. По версии Олофа Далина, Хвитсерк завоевал престол в Хольмгарде после смерти Рагнара, и позднее с братом Аслейком ходил на Константинополь в 860 году. По той же версии, Хвитсерк во время войны с «гуннами» (Под «гуннами» средневековые скандинавы нередко подразумевают Южную Русь, именуемую ими «Гунналанд», со столицей в Кенугарде (Киев).) был взят в плен, и царь гуннов сжёг его на костре, сложенном из голов убитых им воинов. Эта версия восходит к Саге о Рагнаре Лодброке и его сыновьях. По Саксону Грамматику Хвитсерк воевал с Даксо (также легендарный король и Руси и Геллеспонта (Греция).) Даксо был сыном Дия убитого Рагнаром в 835 году. В отсутствие Рагнара Даксо захватил в плен и сжёг Хвитсерка (согласно Саксону Грамматику смерть выбрал сам Хвитсерк, пожелавший умереть вслед за своими боевыми товарищами), и так вернул себе престол отца. Рагнар после гибели Хвитсерка организовал второй поход на Русь, в ходе которого победил и захватил в плен Даксо, заковал его в цепи и отправил в Утгард город великанов на окраине Руси.
Далее Саксон Грамматик пишет: «Рагнар оказал в этом случае милость убийце своего самого дорогого сына, так как он полностью удовлетворил своё чувство мести, которой он желал, изгнанием преступника скорее, чем его смертью. Это сострадание пристыдило руссов от любой дальнейшей ярости против такого короля». Потом Рагнар вернул Даксо престол и обязал исправно платить дань. Эти события источники датируют примерно 840 годом. Дальнейшая судьба Даксо не известна. Но для нашего повествования важно то что Хвитсерк успел оставить сына – Höskuldr, в аших летописях известного как Аскольд. Да тот самый. Правда тут мы снова вступаем в область легенд, потому что существует множество версий кто такой Аскольд на самом деле и можно выбрать на любой вкус. Но в любом случае – да, мы имеем отношение к норманнам. И та молитва с которой я начал этот текст не наша.
Till Valhalla котаны!
(c) Иван Костенко

Вы врёте обманываете своих детей / Сложности популяризации

В университете мудрый преподаватель спросил нас:
– Можно ли врать детям?
– Нет, – ответили почти хором мы, – это не педагогично.
– Тогда рассмотрим определение интеграла что мы даем в школе…
Далее примерно как у физиков.
P.S. Прочитав этот текст теперь каждый раз отвечая на вопрос ребенка “почему небо голубое?” вы, скорее всего, осознанно будете врать.
Вывод: мы обманываем детей в школе, и делаем это осознанно. И где граница это “лжи во благо”…
* * *
*Сложности популяризации*
Кстати, о том, почему медь хорошо проводит электрический ток. В давние времена (“Эпоха относительной вменяемости в ЖЖ” – так назовут ее будущие историки) у меня было очень интересное обсуждение со Шкробиусом, про популяризацию науки.
С одной стороны, в основе науки лежит естественное удивление перед часто встречающимися явлениями окружающего нас мира, и кажется очень естественным, рассказывая широкой публике о науке, начинать с глубокого смысла простых житейских вещей.
С другой стороны, эти житейские вещи обычно в научном отношении очень сложные и запутанные. Естественно начинать знакомство с электричеством с электризации трением (как это и было исторически). Но я _не знаю_, почему, когда гладишь кота (или сам причесываешься пластмассовой расческой), летят искры. Не уверен, что мировая наука знает, но наверняка, если и знает – это какие-то жутко сложные процессы, там чего только нет. Про сухое трение, с которого более-менее начинается школьная физика (одна из “простейших” сил, да и впрямь – без нее ничего не поймешь в окружающем нас мире) я кое-что знаю – читал книжки, работал с людьми, которые занимались этим профессионально, соответственно, участвовал в обсуждениях на тему, – но популярно объяснить не берусь. Там черт ногу сломит.
Конкретно с Ш. мы обсуждали два примера. Один – это “почему небо голубое”. Полагается давать ответ: потому что релеевское рассеяние. Но Ш. заметил, что релеевское рассеяние, оно и на Марсе релеевское рассеяние, а небо там, по слухам, красное. Красное оно, потому что атмосфера очень пыльная, и рассеяние света частичками пыли забивает все остальное. Тем самым, отвечать нужно на вопрос – почему на Земле атмосфера не пыльная. Ш. объяснил (не помню уже детали, в конце концов, это он у нас химик, а не я), но, в конечном счете, это как-то свелось к тому, что на Земле есть океаны. Дальше нужно объяснять, почему на Земле есть океаны. И понеслась популяризация по кочкам.
Другой пример: почему небо ночью черное. Полагается рассказать про фотометрический парадокс, а потом про основы релятивистской космологии, горизонт и т.п., что вроде объясняет этот самый парадокс. Но Ш. заметил, что, если бы мы жили в звездном скоплении, небо было бы нифига не черное (см. рассказа Азимова “Приход ночи”). Значит, нужно объяснять, почему _обитаемая_ планета должна находиться на периферии Галактики, в сравнительной удаленности от других звезд, и т.п. Объяснить, наверно, можно, но от простоты и ясности не остается ничего.
Используют обычно псевдообъяснения. Такоже и в школьных программах. В свое время, дочь попросила помочь с домашним заданием по химии. Там просили объяснить, почему именно углерод, из всех элементов, склонен образовывать длинные разветвленные цепи. Я охренел. Совсем недавно, внучка (седьмой класс) попросила помочь со своим домашним заданием. Один из вопросов был – почему металлы пластичные. Я по привычке начал что-то бормотать про дислокации и пайерлсовский рельеф – но понял, что это явно не тот ответ, который имели в виду составители. А что они имели в виду, знают только Высшие Силы.
Иногда удается выстраивать очень красивые цепочки. Я рассказываю студентам, что сажа черная, и уголь черный, потому что взаимодействие безмассовых дираковских фермионов со светом определяется исключительно постоянной тонкой структуры и не зависит от свойств материала. Но, если меня спросят, почему _это_, я вынужден буду сказать: вот, берем такую-то формулу… подставляем гамильтониан… – что вряд ли сочтет объяснением архетипический восьмилетний мальчик (или его реинкарнация в виде уборщицы). К тому же, существенный элемент объяснения – это что в оптическом диапазоне графен и графит ведут себя похоже, и тогда тут же лезет в башку наша собственная работа, что вот в черном фосфоре все совсем не так… и понеслась.
Так что, выбор у нас нелегкий: либо врать, либо шипеть: молчи, дурак, я все сказал.
14.11.2020

(с) Михаил Иосифович Кацнельсон

Дзен-террор

Религиозный терроризм нынче принято идентифицировать, прежде всего, с исламизмом. Изредка с христианством. Но только не с буддизмом, который принято считать наиболее “миролюбивой” религией (вопреки многим как историческим, так и актуальным фактам). Вот история дзен буддийского проповедника Иноэ Ниссе, который в 30-ые годы в Японии сколотил небольшую банду фанатиков под названием Ketsumeidan. Ее члены собирались убить 20 представителей японской элиты – успели убить двоих (бывшего министра финансов и директора Митсуи, крупного концерна-дзайбацу) перед тем, как всех повязали и отправили под суд.

На суде было весело: Иноэ Ниссе толкал патриотические речи, рассказывая о том, как они собирались наставить Японию на путь истинный, пожертвовав собою и руководствуясь соображениями буддийского милосердия. На суде также выступил наставник Ниссе известный дзенский мастер Ямамото Гэмпо – он рассказал, что вообще буддизм не одобряет убийство любых живых существ, включая насекомых, однако если хорошим людям нужно убить плохих людей ради восстановления “гармонии общества”, то это норм, Будда ничего против не имеет. Гармония в их понимании – это, если что, когда Япония доминирует и повелевает “низшими расами” или нечто вроде того.

Далее двух убийц приговорили к пожизненному заключению, остальным участникам банды дали сроки от трех до 15 лет. Однако уже спустя год 11 из них благополучно амнистировали, а самого Ниссе освободили в 40-ом году и сделали советником премьер-министра. Из судебных документов вымарали запись о том, что он вообще был осужден. После войны американцы пожурили бывшего террориста. но не тронули, хотя в общественной жизни он, разумеется, больше не участвовал. Ниссе умер от инсульта в 1967-ом. Свидетельствовавший в его пользу мастер Гэмпо после 45-го стал главой крупнейшей дзенской секты Риндзай.

Таким образом, обоснование для насилия можно найти не только там, где “священная война” прописана прямым текстом, но в принципе в любой религии (или светской идеологии), пускай даже и самой “мирной”. Также таким обоснованием может быть не только стремление “убивать врагов Господа”, но и “самопожертвование” ради “милосердия и гармонии”. С другой стороны можно предположить, что если бы не ужасная нищета и социальное неравенство, царившие в Японии начала 30-ых, то Ниссе с компанией продолжили бы бубнить мантры и разгадывать коаны, не помышляя ни о каком “самопожертвовании”.

По материалам “Киты плывут на вписку с ЛСД”.

Как ребе стал католиком

Как ребе Исроэл Цолли стал католиком? Один из самых достойных сынов еврейского народа начал свою жизнь на бескрайних просторах Австро-Венгерской империи – в житнице этого оплота европейской традиции ныне ставшей Львовской областью Украины.

Здесь он рос в большой и дружной семье – отец был фабрикант, мать – наследница древней раввинской династии. Молодой Цоли, тогда еще Цоллер был светлой головой, глотавшей ивритские священные тексты с такой же легкостью как историю и грамматику. Юноша был так умен, что именно его отец выбрал среди прочих братьев и сестер, сложил котомку и отправил в славный город Флоренцию(о славные времена, когда Украина уже была в Европе, причем самой центральной!).

Там Цоллер получил светское образование в одном из старейших университетов мира – Флорентийском. Параллельно обучаясь в местной ешиве, юноша стал доктором философии, женился и потихоньку осел в этих теплых краях.

Блестящий эрудит, он писал о морфологии древних языков, о прошлом итальянских евреев, изучал христианские и иудейские тексты. Неудивительно, что человек его качеств в конце концов был призван еврейской общиной Триеста на должность городского раввина. Здесь он продолжал упорно трудиться и написал большую часть главного труда своей жизни: «Назарянин:изучение Нового завета в рамках арамейской и раввинистической мыслиサ.

Триест был сначала частью Австро-Венгрии, а по итогам Первой Мировой попал в границы Италии. Тогда то Цоллер и стал Цолли – женатый на итальянский еврейке львовский парубок постепенно стал пламенным итальянским патриотом и когда фашисты выдавили со своего поста главного раввина Рима Давида Прато – Цолли как ни странно пришелся ко двору.

В отличии от Триеста, местные прихожане считали его компромиссной фигурой и приняли в штыки: новый ребе был слишком прост в общении, молился без лишнего актерствования и больше проповедей любил академическую работу. Зато в Риме у Цолли появился новый друг из “конкурирующей корпорации” – иезуит Августин Беа, бывший личным духовником Папы Пия XII.

Наверное тогда-то у Исроэла и появились первые сомнения в истинности своей веры. А может взяли свое ужасы войны? В годы Второй мировой, Цолли сделал все, чтобы спасти своих подопечных: главам общины он рекомендовал уничтожить все списки доноров, закрыть все офисы и начать эвакуации евреев – те посчитали, что он преувеличивает опасность.

Большая семья Цолли из Львовской области сгинула в огне Холокоста. Сам он скрывался у своего друга-католика Амадео Пьерантони в маленькой квартире прямо в центре Рима. Здесь в “голоде и тьме” он молился Б-гу о спасении еврейского народа.

Когда режим Мусолинни пал, Цолли вновь стал главным раввином Рима. А уже в феврале 1945 года, когда советские танки еще только пробивали свой путь к Берлину, он вместе с женой и дочерью принял католицизм – его крестным стал Беа.

Как писал сам Цолли, во время молитвы в синагоге в священный день Йом Кипур, он увидел Иисуса – того самого о котором написал большую интересную книгу – и услышал глас: «ты здесь в последний раз». То было в 1944 году вскоре после освобождения Рима от фашистов.

Исроэл и потом видел видения и даже предсказал свою смерть – старенький ребе-выкрест во Христе стал профессором и прожил до 74 лет. Весной 56-ого он попал в больницу, где первым делом сообщил монашке, что умрет в первую пятницу марта в три часа день. Если верить его биографом, так и произошло.

(с) по материалам Алексея “Ребе” Йесода

Тол/Тол

А кто-нибудь обращал внимание на поразительное сходство Льва Толстого и Толкиена? Нет, я не только про страсть к эпопеям. Я про “сделанность” художественного мира. Каждый из них знает про их мир все – не только внешние проявления, но и мотивацию, и кто что подумал или почувствовал. Все под контролем. Здесь уместно впомнить про разницу между “чудом для себя” и “чудом для всех”:
Спросили равви Элимелека: “В Писании читаем, что фараон сказал Моисею и Аарону: “Сделайте чудо для себя”. Как нам следует это понимать? Не более ли правильно было бы ему сказать: “Сделайте чудо для меня”?” Равви Элимелек истолковал: “Маги всегда знают, что и как они собираются сделать. То, что они делают, – чудо не для них, а для всех остальных. Но кто действует потому, что Бог дает ему силу делать это, не знает, как, почему и что он делает, и чудо, которое возникает из его деяний, удивляет и его самого. Именно это и имеет в виду фараон: не хвалитесь передо мной понапрасну, а сотворите истинное чудо, которое могло бы подтвердить слова ваши” (М.Бубер, Хасидские предания).
То, что происходит у Толстого и у Толкиена – это чудо для читателя, но не для автора. Нет, это не просто “реализм”, и даже совсем не реализм. В жизни мы не имеем представления даже о собственных мотивациях, тем более, о мыслях других. Жизнь куда более похожа на фильмы Линча, со странными совпадениями, непонятными силами, неожиданными и необъяснимыми поступками, чем на упорядоченный космос “Войны и мира” (тем более – “Анны Карениной”) или “Властелина колец”.
Этой упорядоченности, кстати сказать, нет у основоположников русской классической литературы – и Пушкин, и Лермонтов (в Герое нашего времени), и Гоголь не играли в демиургов, они рассказывали истории. Когда Татьяна выскочила замуж, это было чудо для Пушкина – но уж выверенное, идеологически обоснованное замужество Наташи Ростовой чудом для автора не назовешь никак.
12.09.2016
(с) Михаил Иосифович Кацнельсон

В критической ситуации ты не поднимешься на уровень своих ожиданий

Американский военным приписывают такую блестящую фразу: “Боец, помни! В критической ситуации ты не поднимешься на уровень своих ожиданий, а упадешь на уровень своей подготовки!”. И она есть самая несомненная истина.
Автоматизация, роботизация, информатизация и прочий НТП, в частности, заняты тем, что увеличивают разрыв между требуемыми знаниями, усилиями и навыками в “нормальных” и “нештатных” режимах.
В результате средний водитель в обычных условиях прикрыт все большим количеством АБС, АБВГД, ЁКЛМН и прочей антипробуксовкой, но если, Боже упаси, он вылетит на голый лед на скорости более 30 км/ч то, упав на уровень своей подготовки, он просто в принципе не имеет навыков на этот случай.
В результате средний пилот обложен со всех сторон ватой flight envelope, и, как показывает практика, сразу теряется в ситуации, когда что-то идет не так.
И в море тоже все очень автоматизировано, GPS, AIS, спутниковая связь, метео, САРС, все вот это. А суда продолжают сталкиваться и тонуть.
Теоретически, в области служения стихиям, не терпящего суеты, до сих пор действует правило “уметь руками”. Пилот должен безопасно сажать доверенный ему борт на ручном управлении, с помощью авиагоризонта, датчика приборной скорости, высотомера и иногда индикатора угла атаки, но это уже опция. Штурман океанского класса должен уметь проложить курс, пользуясь только бумажными картами, хронометром и, представьте, секстаном, а так же читать метеокарты, которые выглядят как детская каляка-маляка. Даже минимально подготовленный яхтенный капитан прибрежного плавания должен, получив молнию в мачту, достать карты, компас-пеленгатор, линейку, взять свое место по ориентирам и проложить безопасный курс.
Одна из проблем как раз в размывании принципа, с которого я начал. В любой опасной для жизни деятельности действует простое правило: ты всю жизнь готовишься к ЖОПЕ. Изучаешь ее. Всеми возможными способами избегаешь ее наступления. Имитируешь ее. Просчитываешь ее. Постоянно думаешь о ней. Всю жизнь занят подготовкой к ней только для того, чтобы, упав на уровень своей подготовки, затащить ситуацию на инстинктах и вколоченных в подкорку навыках. Вот ЭТО основная задача и суть всей работы. Но!
НТП делают Жопу все менее вероятным явлением. В силу этого данный принцип все больше забывается. Раз за разом человек оказывается не готов. А результат, который мы наблюдаем – есть баланс двух встречных течений: НТП делает Жопу все менее вероятной, но он же создает иллюзию безопасности, размывает принцип “непрерывной готовности” и увеличивает вероятность того, что Жопа, примерно равная обычным регулярным условиям работы человека 30..40 лет назад развивается в полноценную катастрофу сегодня.
Я далек от того, чтобы ныть по поводу “пилоты больше не пилоты”, отнюдь. Это объективный тренд и он про эффективность труда и снижение стоимости перевозок. Просто мы должны понимать что происходит. И почему.
Хотя бы потому, что в критической ситуации ты не поднимешься на уровень своих ожиданий, а упадешь на уровень своей подготовки )))

(с) Alexey Pavlyuts

Вавилон

Когда строители Вавилонской Башни перестали понимать друг друга, строительство продолжалось. Никто не мог (и, разумеется, не хотел) брать на себя ответственность за прекращение работ по столь важному проекту. Трудности, понятно, возникли, и достаточно серьезные. О переводчиках, например, не могло быть и речи. На то, чтобы сформировалась сама концепция перевода, необходимо время. Не было, во всяком случае, сначала ни словарей, ни даже такого понятия, как словарь. Наихудшие, с производственной точки зрения, проблемы были связаны с отсутствием общепринятых обозначений для чисел. Пытались объясняться жестами, рисовали картинки. Это давало возможность худо-бедно продолжать строительство. К сожалению, исходные планы и чертежи стали непонятны, но опытные инженеры и мастера за долгие годы смогли многое запомнить и продолжали давать более-менее разумные указания рабочим, которые, в свою очередь, воспринимали эти указания более-менее правильно. Каждый конкретный участок кирпичной кладки был, в результате, более-менее ровным (или, по крайней мере, казался таковым). Разумеется, даже небольшие отклонения от проекта, в конце концов, должны были нарушить равновесие конструкции, однако гигантские размеры Башни надолго отсрочили неизбежное. Фактически, успело вырасти целое поколение строителей, которые воспринимали сложившиеся условия как единственно возможные и не очень верили рассказам стариков о прежних временах. Что касается богоборческой цели строительства, о ней и раньше не очень-то задумывались. Большинство, как всегда и везде, работало, чтобы обеспечить себя и своих близких пропитанием и избежать наказаний. Экономика почти наладилась, продукты подвозились исправно, хотя прежнего уровня потребления достичь так и не удалось до самой Катастрофы. Разумеется, не было недостатка в мрачных пророчествах, но каждое такое пророчество могло быть понятным лишь для сравнительно немногих и, отчасти, поэтому не имело никаких серьезных последствий. Когда кладка обрушилась по всей высоте чудовищной конструкции, и осколки кирпичей, перемешанные с фрагментами человеческих тел и обломками строительных механизмов, покрыли всю землю Вавилонскую и сделали ее надолго непригодной для жизни, это оказалось совершенно неожиданным для (немногочисленных, впрочем) уцелевших. К большому сожалению, совсем уж немногие из них смогли связать Катастрофу с давним Смешением языков, что в значительной степени ослабило педагогический эффект всего мероприятия.

(с) Михаил Иосифович Кацнельсон

О вреде и бесполезности multitasking’а

Три текста (первый, второй, третий) о вреде и бесполезности multitasking’а, т.е. привычки делать несколько дел одновременно, каждое из которых требует некоторой доли когнитивного контроля.

Например, печатать отчёт по работе, одновременно переписываясь с друзьями в мессенджере и просматривая сеансы в кинотеатре на вечер. Ну или писать пост для канала в телеграме и смотреть фильм про пришельцев (это то, чем я сейчас пытаюсь заниматься) – эти и подобные виды активности, по сути, не только малопродуктивны, но и даже вредны.

Кратко суть в том, что об одновременном выполнении нескольких задач почти никогда речи нет – разум просто очень быстро переключается между задачами, что тратит ресурсы. Ты быстрее устаешь, ещё больше отвлекаешься и, вероятно, сильнее нервничаешь. Как пишет нейроученый Эрл Миллер в третьем тексте, некоторые люди могут сказать, что они то вот точно хороши в мультизадачности – только так и решают сложные проблемы и замечательно себя чувствуют. Но это самообман – как минимум, они тратят больше времени для решения каждой проблемы, чем могли бы, а ещё усиливают привычку реагировать на дистракторы (то, что отвлекает) и усиливают реактивность чувства скуки, которое теперь приходит быстрее и ведёт себя наглее.

По словам Миллера, продуктивнее тренировать привычку не отвлекаться и не переносить внимание с одной задачи на другую. И здесь, как и во многом другом, работает мудрость: важнее уменьшить число дистракторов и любых соблазняющих возможностей на что-то отвлечься, чем просто верить в свою силу воли.
(с) don’t panic!

Галилей и Кеплер

Историю современной науки начинают обычно со связки Галилей – Ньютон. В действительности, для Ньютона куда важнее было сделанное не Галилеем, а Кеплером. “Математические начала натуральной философии” решают, главным образом, одну задачу – вывод законов Кеплера. Две вещи кажутся тут особенно важными.
1. Принято считать, что современная наука основана на эксперименте. До некоторой степени, это можно отнести к Галилею. Но не к Кеплеру. Законы Кеплера основаны на анализе результатов астрономических _наблюдений_. Методологическая разница между экспериментом и наблюдением огромна.
2. Сделанное Кеплером воспринимается как куда менее тривиальное, чем сделанное Галилеем. Достаточно представить себе, о чем идет речь. Наблюдения Тихо Браге (на которых основывался Кеплер), естественно, сообщают нечто о движении Марса, видимом с Земли. Догадаться, что переход от кругов к эллипсам, и только он, позволяет обойтись без эпициклов (причем, только поместив Солнце не в центр, а в фокус эллипса)… Это непостижимо.
Впрочем, второй пункт – возможно, результат аберрации. Сделанное Галилеем “очевидно”, потому что вошло в плоть и кровь современной культуры, это учат в школах, и т.п. Сделанное Кеплером (не “что”, а “как”) было отторгнуто, и именно поэтому выглядит почти непостижимым. Возможно, именно потому, что его подходы (в отличие от подхода Галилея) не были приспособлены для массового тиражирования в чужих головах.
“Идеи [Иоганна Кеплера] знаменуют важный промежуточный этап между прежним магико-символическим и современным количественно-математическим описанием природы. Многое из того, что позднее было критически отделено друг от друга, в те времена еще составляло единое целое, мировоззрение еще не делилось на религиозное и научное. Религиозные высказывания, почти математический символ Троицы, отдельные положения оптики того времени, серьезные достижения в теории зрения, в частности, указание на то, что сетчатка должна быть воспринимающим органом глаза — все это содержится в одной книге «Дополнение к Витело»… Кеплера восхищала старая пифагорейская идея о «музыке сфер», игравшая в его время немалую роль и в алхимии… У Кеплера планеты еще были живыми существами, наделенными индивидуальной душей… И все же отказ от представления об одушевленности материального мира у Кеплера уже начался… Хотя влияние Парацельса и его учеников на идеи Кеплера неоспоримо, все же естественнонаучное мышление Кеплера от магико-символического мышления алхимиков отличается настолько сильно, что известный в свое время алхимик и член ордена розенкрейцеров Флудд (1574—1637) открыл яростную полемику, выступив против основного труда Кеплера «Гармония мира»… Взгляды Флудда станут несколько понятнее, если мы укажем на их связь с общим, происходящим на протяжении всей истории разделением мыслителей на два класса, одни считают существенным количественные отношения между частями, другие, наоборот — качественную неделимость целого… Именно эта целостность составляет содержание идеи об аналогии между микрокосмом и макрокосмом. По-видимому, она отсутствует уже у Кеплера и полностью выпадает из картины мира классического естествознания” (В. Паули, Физические очерки, М.: Наука, 1975, С. 137—175).
“Со смертью Кеплера об его открытиях забывают. Даже мудрый Декарт ничего о них не знает. Галилей не счел нужным прочесть его книги. Только у Ньютона законы Кеплера обретают новую жизнь. Но Ньютона гармония уже не интересовала. У него были Уравнения. Пришли новые времена” (Ю. А. Данилов, Я. А. Смородинский, Иоганн Кеплер: от «Мистерии» до «Гармонии». Успехи Физ. Наук, 1973, Т. 109, С. 17).

20.08.2008 – физик-теоретик, доктор физико-математических наук Михаил Иосифович Кацнельсон

1 2 3 4 10